Затерянный город. Запись пятая

— Да, ты не приезжал давно, я это заметил. – дон Алехандро смотрел в сторону и как будто совсем не интересовался моим рассказом. – Мы начнем как и всегда, но если пожелаешь больше, ты только скажи.
Не то, что бы мне не хотелось. Я просто-таки знал, что будет, если увеличить. Скорее всего, три шага, разделяющие стол, за которым сидел дон Алехандро и мое место в малоке, где мы собрались на церемонию Аяуаска, я уже не дойду. Разумеется, можно всегда попросить, и принесут. Но тогда начнутся иные явления, требующие повышенного расхода внимания.
— Лучше сам определи, сколько мне надо. – Уже нарастало внутреннее волнение, некоторое нерациональное состояние, сродни хорошо понимаемым теперь мною детским страхам. Дрожь и вибрация, всегда сопровождающие меня во время путешествий к прерыванию окружающей реальности, к самому себе…

festival-shaman

Конечно, не общей реальности как таковой, а моей личной, собственной. Получение ответов на вопросы, которые скрыты и прячутся за пеленой повседневности. Вначале это были одни вопросы, теперь — иные. Да и не вопросы, пожалуй, а просьбы к Матери Растений. Просьбы, свои, собственные и порожденные в основном желанием получить.

И пока будет это желание, до тех пор высокодуховная личность, которая пришла на встречу с Аяхуаской, будет цепляться за весь тот хлам, который она с собой принесла.

Это тот самый духовный опыт, наработанный годами практик, полученных знаний и намедитированный в состояниях, близких к экстатическим, поддерживающий наши заблуждения по поводу всего происходящего. Поднимающий нашу значимость в своих же собственных глазах до невероятных высот.

arbol-de-selva

Но в церемонии этому придет безоговорочный и, в принципе, вполне закономерный конец. Эго будет биться в приступах понимания ужасного несоответствия потуг нашей лжедуховности в постижении всего нас окружающего и мира, который открывает сердце. Мира, в котором все это не имеет значение не потому что не нужно, а потому, что пользуемся не так. И результаты, зачастую совершенно не те, на которые рассчитывали изначально. И скорее всего ответы, полученные от Аяваски будут совершенно не такими, какими подразумевались днем ранее. На все вопросы можно получить ответы, если мы действительно этого хотим. Но если мы знаем ответы, то забыть их уже не получится.

Или может вы предполагаете, что сумеете задать вопрос, ответ на который не знаете сами?

И да придет purificacion. Со всей своей безжалостной, оглушительной честностью. И нет никакой возможности противостоять ей, кроме как благодарности в определении понимания зачем и для чего именно для меня была эта ночь.

Письмо пятое Анент 5

Затем придет спокойное созерцание. Мы взглянем на существующий мир совершенно по-иному и увидим всю его дисгармонию и хаотичное движение по кругу. Из года в год, каждый день. Это мы его создали. Для себя. За нашей не прекращающейся игрой в социальное устройство мира и наше желание соответствовать месту, которое сами себе определили.

Это мы его поддерживаем, наполняем, дабы не увидеть за этой мишурой всепоглощающую Пустоту, которая для эго равносильна небытию. И оно будет биться в силках наших знаний-пониманий, требуя вернуть привычный мир устоявшихся игр, ненужных сражений и требований. Отсюда и называют некоторые ее Лианой Смерти. Да какая там смерть. Единственно что действительно хочется на церемонии смертельно — это жить.

medicina-selva

А вот далее – далее придет Любовь.

Любовь, реально существующая в нас самих.

Не понимаемая – где-то там, а здесь и сейчас. Мы сами наполняемся состоянием этой безоговорочной, всепоглощающей Любви и способность делиться ею — единственно возможное проявление нашего существования.

Другого – ничего.

И там нет места страхам и безумной Пустоте вокруг…

Я услышал, как дон Алехандро завершил насвистывать мне Медицину, поднялся со своего места и сделал первый шаг. Первый из трех.

flor-selva

Путешествия. Церемонии. Лечение у шаманов